Установление твердого обменного курса

Установление твердого обменного курса

Утверждавшим, что британский опыт 1922-1925 н. показал необязательно инфляционный характер бумажного стандарта, Монтегю Норман отвечал в 1925 г. , что «в эти три года «управляемость» финансов стала возможной только потому, что сам этот период был заполнен шагами — целенаправленными шагами — по пути к золотому лету». Кейнс был прав, проводя различие между установлением твердого обменного курса и ставкой этого курса. «Идя на некое изменение, я просто должен нацеливаться, — писал он — на что-то по возможности близкое к тому, к чему мы фактически приспособились». «Идя на некое изменение, я просто должен нацеливаться, — писал он — на что-то по возможности близкое к тому, к чему мы фактически приспособились». Он был единственным среди тех пользовавшихся признанием экспертов, кто готов был размышлять о наводившей страх девальвации. Девальвацию, писал Пигу в своем проекте доклада Комиссии Чемберлена в сентябре 1924 г. , «достаточно только упомянуть, чтобы ее отвергли». В этой точке иррациональность брала власть над британским аппаратом принятия финансовых решений.